Copyright © Эл Ибнейзер, Алексей Колпиков, 1995-2000. All rights reserved.Роман доступен онлайн на сайте http://www.eldar.com . Вы можете читать его, однако любая публикация, включая электронную (веб, CD, BBS) запрещены.--------------------------------------------------------------------------

Эл Ибнейзер                Алексей Колпиков
Дар Менестреля

Часть III. Лес

Глава 4

Если бы кто заглянул в хижину, он решил бы что увидел приют для слабоумных. Онтеро, терзающий кусок древнего пергамента, бормотал себе что-то под нос, временами немного жестикулируя, как будто споря с кем-то, возможно, что с самим собой. Дастин тоже развлекал себя разговором, только его бормотания было потише и сопровождалось восторженными взглядами в пространство и сияющей улыбкой. Не слишком отставал от других и герцог, мрачно сидевший в кресле, протянув ноги, и погруженный в мрачные мысли. К его чести, надо заметить, что хотя он, похоже, и вел бурный разговор с самим собой, но вслух он ничего не произносил, разве что иногда шевеля губами. Один только Тич вел себя как нормальный человек, или по крайней мере нормальный мальчишка его возраста. Он забрался на стол, и размахивая ногами смотрел, не удастся ли отвлечь кого и старших от разговоров с собой в пользу разговора с ним. Заметив, что Ильмер вроде бы уже смотрит не так мрачно, и почти не шевелит губами, Тич спросил:

- Иль, как ты думаешь, получится у Дастина?

Герцог поднял тяжелый взгляд на мальчишку и мягко сказал:

- Не сейчас, Тич, не время.

- А чего ты-то так переживаешь? Тебе вроде и делать ничего не надо... - поинтересовался лисенок.

- Мельсана все еще моя невеста, Тич, ты не находишь, что мне есть о чем подумать?

- Ой, и правда, - вмешался Дастин, и его вытянувшееся лицо говорило само за себя, - Слушай, как же это... Ведь она - твоя невеста, как же я буду... Это ж неправильно!

Ильмер прервал его тяжелым вздохом и ответил:

- Дастин, это непростой вопрос и для меня. И я его пытаюсь сейчас решить. Ты не мог бы заткнуться и оставить меня наедине с моими мыслями?

- Но Иль, зачем она тебе такая вообще нужна? - вмешался Тич.

Герцог еще раз вздохнул, но ответил:

- Ты прав, мальчик. Она такая мне не нужна. Я не вправе доверить ей ни судьбу моих людей ни рождение и воспитание наследника. Наверное, это будет означать серьезные проблемы с Леогонией, но придется справитсья. Но все равно это очень тяжелая тема для меня. Поэтому оставьте меня в покое. Я должен примириться с этим своим решением, и это не так просто, - почти рявкнул он напоследок и отвернулся в сторону.

Тич умолк, а Дастин, услышав, что принцесса больше не невеста его спутника и друга, понемногу успокоился, и через некоторое время улыбка опять появилась на его лице. Хижина по-прежнему напоминала приют безумных...

*  *  *

Владелец постоялого двора, совмещавшего крохотную гостиницу, таверну и конюшню, был весьма мрачной личностью, хотя по сравнению со многими другими лицами на улице его спокойная мрачность выглядела даже как-то мудро. Взяв монету вперед, он принес еду и кувшин пива, так и не произнеся ни слова, а лишь ограничиваясь взглядами и жестами. Такая молчаливость хозяина была, мягко говоря, необычна в окрестных землях, но, в конце концов, кому какое дело, если человек не любит бросать слова на ветер? Пробил молчание вопрос гнома, есть ли свободные комнаты на несколько дней. Хозяин сначала изумленно взглянул на путников, так и не произнося не слова, а когда ему показали другую монету и повторили вопрос, не выдержал и наконец разомкнул уста:

- Вы будете ночевать в городе???

- Да, а что? - ответил вопросом на вопрос гном.

- Ну-ну... - покачал головой хозяин, - комнаты есть, еще мой дед строил, когда приезжих много было. Но я бы не советовал.

- А что, плохие комнаты, неподходящие? Может посоветуешь, где получше найти?

- Комнаты подходящие, город - неподходящий. Лучше б вам не рисковать.

- У нас здесь дела, и не на один день. Так что мы рискнем уж, если комнаты свободны.

- Дело ваше... - пожал плечами хозяин и вновь погрузился в молчание.

Пара личностей с видом бандитов с большой дороги, сидевшие в таверне невдалеке, внимательно прислушивались к разговору, а потом отвернулись, будто ничего не слышали, но было явно, что ни одно слово разговора пропущено не было...

*  *  *

Посреди ночи раздался стук в ворота и крики с улицы "Открывай!". Хозяин постоялого двора спустился приоткрыл ворота и увидел толпу с факелами, явно настроенную устроить погром.

- Брог, - рявкнул хозяин, обращаясь к вожаку, которого он, очевидно, неплохо знал, - Какого рожна вам тут нужно посреди ночи? Опять за чужаками охотитесь? Вам же бургомистр сколько раз втолковывал - на постоялом дворе - не трожь, а то никто торговать в город не будет ездить. И так уже крестьяне окрестные в другие города хлеб на продажу возят, к нам и нос сунуть боятся из-за твоих прихвостней!

Брог ответил неожиданно миролюбиво:

- Кончай нас поучать, Бальс, ты же знаешь, ни крестьян, ни даже купцов мы не трогаем. А эти - просто чужаки. Свалились невесть откуда, без коней, без товара, говорят "дело у них", а какое такое дело? На кой нам тут чужаки в городе, если от них никакого проку нет. Вот пусть они нам расскажут про свое дело, вот тогда мы может и не тронем их... Только так, поучим, чтоб не совались сюда, - добавил он усмехнувшись.

- Правильно, - загоготал рослый кривой парень, стоявший рядом с Брогом, выглядевший будто только что сбежал с каторги, - поучим! Считать свои кости, а может и еще что. Один вон, как баба одет, так ему может с нами и понравится, правда я говорю?

И толпа дружно заржала над шуткой по поводу хламиды Аргвинара, а затем разя перегаром, нестройно закричала в поддержку вожаков: "Ага, понравится!", "Такому милашке, да не понравилось бы!", "Он еще сам к нам придет, если жив останется, ха-ха-ха!"

- Прекратите! - Закричал было хозяин постоялого двора, все еще стоявший на дороге толпы, - Вы же знаете, что это против закона. Знаете, что бургомистр запретил!

- Да пошел ты со своим бургомистром! - Заорал кривой и изо всех сил приложил хозяину кулаком в челюсть. Тот охнул и рухнул на землю от удара, освободив тем самым дорогу для толпы, которая зашумела и ворвалась в двор, а вскоре вышибла дверь и вломилась к спящим путникам. Корджер и гном успели схватиться за оружие, но толпа напирала, задние не видели, что происходит впереди, и оставив на месте несколько раненых, толпа одолела чужаков простой массой. Схваченные дюжиной рук, Корджер, Аргвинар и Габор были вытащены сначала во двор, а потом толпа, подталкиваемая вожаками, потащила их куда-то в сторону, чтобы заняться пленниками без помех со стороны городских властей, если те все же решат вмешаться.

Хозяин, с подбитой скулой уже поднялся на ноги, и со своим обычным мрачным выражением лица следил за толпой, уносивший его постояльцев к очевидно незавидной участи. Когда толпа исчезла из виду в одном из боковых переулков, хозяин покачал головой, вздохнул и собрался было уйти в дом, но тут со стороны ушедшей толпы вспыхнула ослепительная молния, шум на мгновение затих, а затем раздались нестройные голоса "Лови!", "Вон они!", "Да, нет, сюда в переулок!", "Эй, пожар!", "Дом горит!", "Гады, дом подпалили!", "Зови на помощь!"... Взамен ярко белому свету вспышки пришло красное зарево пожара, и вскоре толпе стало уже не до чужаков.

*  *  *

Мрачный Онтеро уселся на табурете возле Ильмера и сообщил ему:

- Ничего у нас не выйдет.

- Это почему же? - поинтересовался тот.

- Взгляни на Дастина. У него от одной мысли о том, что ему предстоит, дыхание перехватывает. Она ж из него веревки вить будет, стоит только захотеть. Не дело мы делаем...

- А что было бы дело?

- Не знаю. Только не нравится мне все это. Слишком уж это круто для нас, простых смертных. Там страну-другую защитить или завоевать, это мы еще умеем, да и то с натугой и не всегда, а чтобы все человечество... Эх,... не потянем. Сам посуди, если он исказит Песню, всем конец. 

- Ну, а если не исказит?

- Тоже, только по-другому.

- Погоди, чего-то я тебя не понимаю, - возразил Ильмер, - если он принесет Песню, то это ж наоборот хорошо должно быть!

Онтеро вздохнул и ответил:

- Горе одно с вами, необразованными. Ну представь себе сам, что все стало хорошо, никто не поступает плохо, вообще никто и никогда, все поступают только так как надо. Вот ты сейчас думаешь, что мне ответить, а в идеальном мире не стал бы, поскольку и так знал бы, да и ответа никакого не нужно было бы, потому что и я знал бы, что ты знал бы что ответить. И когда что-то делаешь, то и выбора не было бы, поскольку уже знаешь как правильно, и не можешь поступить неправильно. Представляешь. Никто ничего не решает, никто ни о чем не говорит, никто ни о чем не думает - зачем думать-то, если все известно. Каково? Вот и получается, что если Песня неискаженной придет, то тоже что-то вроде конца света будет...

- Погоди, я ничего не понял, что ты несешь, Онтеро? Хочешь сказать, что принесет он Песню как надо или не принесет, все равно конец?

- Примерно именно это я и хочу сказать, - мрачно подтвердил толстяк.

- И что же делать?

- Была у Аргвинара интересная идея. Что если бы Песню удалось принести в мир правильно, но не до конца...

- И как же это сделать? - Усмехнулся Ильмер, - И что ты собираешься делать? Как остановить посредине? Дубиной по темечку что ли врежешь посреди исполнения? Глупости ты все-таки говоришь, колдун.

Онтеро вздохнул и грустно покачал головой:

- Ох, не глупости, к сожалению. Я ж и говорю, не годимся мы для великих дел. Корджера бы сюда, он может и справился бы.

- Какого Корджера? - Поинтересовался Ильмер, - Знакомый твой какой-то что ли? Ну и имя ему родители дали... Ведь знают же все, что называть так ребенка не к добру. С тех пор как Глант пал...

Онтеро опять покачал головой и заметил:

- Ты уже второй раз в точку попадаешь, и сам этого не замечаешь. Действительно не к добру оказалось. Знали бы его родители да назвали бы иначе, может и Глант бы стоял на месте сейчас.

И не обращая внимания на несколько удивленный и не очень понимающий взгляд герцога, Онтеро отошел и присел на угол кушетки, на которой, мечтательно глядя в потолок и явно про себя разговаривая с кем-то, лежал Дастин..

А еще через пару часов за менестрелем пришли.

*  *  *

Дверь закрылась за Дастиным и в хижине повисло тяжелое молчание, которое бывает только когда что-то серьезное уже случилось или ожидаешь чего-то большого и страшного. Герцог гордо выпрямившись уселся в кресле с готовностью принять судьбу мира, чтобы ни случилось. Тич явно не мог похвастаться столь железными нервами и спрятался под кроватью, откуда торчал только подрагивающий кончик рыжего хвоста с белой отметинкой. Очевидно, мальчишка счел свое "альтер эго" более способным пережить грядущие события, какими бы они ни были. Что же касается Онтеро, то он сидел в углу, прижавшись спиной к стене и бормотал про себя, пытаясь вновь и вновь собрать все, что он знает.

- Как же он еще там говорил..."как к трем прибавить один..." Что же это за "один"... "кого-то ему придется прибавить"... "Принцесса знает свое дело, принцесса умница..." Что же принцесса может сделать? Если трое - это Дастин и эти двое, то прибавить одного означает кого-то еще, кого?... Совершенная структура - трое, прибавить одного будет четверо, совершенно бессмысленное число, никакого смысла... Да, не, не совсем это он сказал, он сказал... "ему придется учиться арифметике...  как к трем прибавить один" Оно и мне не помешает, как же тут прибавить? Кого?

- Может принцессу? - пискнул из-под кровати Тич.

- Нет, Тич, - отмахнулся от него толстяк, - если имеется в виду, что между Дастином и принцессой вроде бы должно произойти, то при чем тут "трое"? Тогда это "один плюс один", так что не получается. 

- Не могли бы вы, двое, умолкнуть? - прервал его Ильмер, - Твои всхлипывания мешают моей молитве, а судя по тому, что я знаю, сейчас самое подходящее время именно для этого. Так что и вам бы посоветовал. Кроме того, мне еще не доставляют удовольствия напоминания о том, что должен делать Дастин с моей недавно еще невестой.

- А что? - возмутился было Онтеро, но тут же осекся, - да, извини, конечно... Постой, Ильмер... Как же это там... "Плоть восстанет на..." Какая к лешему "плоть"! Ах, Аргвинар, ах идиот, говорил смысла не видит. Да это же оно и было! Как там он поначалу прочитал... "Ночью женщина откроется мужчине, и мужчина даст ей младенца, первый крик которого они услышат на рассвете" А если продолжить с новым текстом в том же ключе получатеся... - Онтеро торопливо схватил уже читатный-перечитанный пергамент, и начал толковать текст по новой, - Ага, это стало быть никакой не "брат", тем более от "тьмы", это просто "женщина", а это прсто "мужчина", безо всяких мудростей, а это действительно "соединятся", ну да теперь понятно как, а "Мироздание" оно же "Бог" оно же просто "мир", да, "мир" все равно получается. Так  значит получается что-то вроде "женщина и мужчиа сольются воедино, пока стоит мир", все равно чушь какая-то... нет действительно чушь, "пока стоит мир"... "стоит мир пока"... "мир стоит пока"...

- Да прекратишь ты свое вытье или нет? - взорвался Ильмер, - Все равно уже что произойдет, то произойдет, и ничего не сделаешь, хоть...

И тут герцог натолкнулся на остановившийся от ужаса взгляд Онтеро. Толстяк раскинул руки, схватившись за стены, и заунывным голосом древнего пророка провыл:

- "женщина и мужчина сольются воедино в последний час мира"... - а потом повернулся к Ильмеру и уже более нормальным голосом продолжил, - Понимаешь? "последний час"  Когда Дастин с принцессой окажутся вдвоем, наступит Конец Света! И это не предотвратить. Я боялся этого, боялся уже несколько дней, что до этого дойдет, но я не ждал, что это будет так скоро. Если сейчас просто разлучить их, что я тоже не знаю как сделать, то все равно рано или поздно они окажутся вместе, и это будет конец. Конец всему, - Онтеро говорил уже убитыми тоном, - и есть только один способ это предотвратить. Они не смогут оказаться вместе, если умрут сейчас. Иначе рано или поздно они все равно встретятся... И еще надо успеть предотвратить их соединение сейчас, прямо сейчас, и есть только один способ...

- Что ты несешь, колдун? - прервал его герцог, - С чего это Дастину умирать?

- Ты не понимаешь. Чтобы спасти Мир. Или то, или то, третьего не дано. Я не хочу это делать, но я должен. Я должен спасти мир! - вскрикнул толстяк, и с воплем для храбрости бросился сквозь окно. Пленка, затягивавшая окно вместо стекла, порвалась, минуту внутри еще торчали отчаянно дрыгавшиеся ноги колдуна, а затем он вывалися наружу. Герцог, и выскочивший уже в человеческом облике из-под кровати, Тич увидели как Онтеро огрел кулаком часового, и скрылся в кустах.