Copyright © Эл Ибнейзер, Алексей Колпиков, 1995-2000. All rights reserved.Роман доступен онлайн на сайте http://www.eldar.com . Вы можете читать его, однако любая публикация, включая электронную (веб, CD, BBS) запрещены.--------------------------------------------------------------------------

Эл Ибнейзер                Алексей Колпиков
Дар Менестреля

Часть III. Лес

Глава 3

Лодка заскреблась о каменистое дно и всем троим пришлось выскочить, по колено в воде и под набегающие волны, чтобы вытащить ее на берег. Особенно сильно досталось гному из-за его низкого роста, но и остальные двое вымокли до нитки. Хотя и без особой надежды вернуться, а просто на всякий случай, лодку оттащили подальше от прибоя и накрепко привязали ее в вылезавшим среди камней корням деревьев. А затем, укрывшись под кронами деревьев от ветра и соленых брызг, они развели костер и стали сушиться. Хламида Аргвинара, в которую он облачился для путешествия, липла к телу, и холод продирал мага насквозь. Хотя более практичная одежда Корджера и гнома и была более устойчива к влаге, шанс подхватить страшный насморк и простуду, если не хуже, был для них не менее реален. К счастью, кожаные дорожные мешки не промокли, так что нашлось в чем сидеть вокруг костра, пока сохла их одежда.

Когда в котелке вскипела вода, Аргвинар с серьезным видом открыл свой мешок, вынул какой-то кулек, и отсыпал из него прямо в котелок каких-то скрученных черных крошек. Гном подозрительно посмотрел на него и вопросил:

- Это ты чего туда кидаешь?

- Трава специальная, сушеная, чтоб холод нас не пробирал.

- И теперь я это, - гном выразительно подчеркнул последнее слово, - должен пить?

- Если не хочешь заболеть -  будешь. Давай сюда кружку! - И маг отобрал у гнома жестяную кружку и набрал в нее пахучей немного потемневшей воды.

Гном поглядел в котелок, потом в свою кружку, понюхал ее брезгливо, повертел носом, опять понюхал содержимое, но увидев, что Корджер с магом уже пьют горячую жидкость, вздохнул и с видом мученика начала прихлебывать настой. Однако долго молчать ему было явно не по силам, и он спросил Аргвинара:

- Так ты говоришь, они в Бренсаль пошли?

- В Бренсаль, - кивнул головой маг.

- А чего они там потеряли? Поганый же город. Его все путешественники стороной обходят!

- Они там надеялись раздобыть сведения о настоящих родителях Дастина. Приемных, понятное дело, уже в живых-то нет, но вдруг какой след остался.

- Я и сам не возражал бы раздобыть сведения об одном из его родителей, - проворчал Корджер, - понятное дело, не обо мне...

- А зачем им эти сведения, - отмахнулся гном, повернувшись к магу, - что это им дает?

Аргвинар потер нос, а затем медленно, будто не зная с чего начать, пояснил:

- Понимаешь, у Онтеро есть теория, что если Песню принести в Мир сейчас и полностью, то это будет такой же конец Мира, как если бы ее исказили. Поскольку это было бы страшным нарушением баланса Добра и Зла. И Онтеро до конца сам не знает, что делать. Вот он и пытается выиграть время, пока сможет понять, как же поступить.

Корджер только усмехнулся, услышав давно знакомую тему, но гном наоборот решил развить тему:

- А с чего это он взял, что Песня приведет к концу Мира? Где это такое сказано? Чего он, бредит что ли? Это ж то, к чему все стремиться должны!

- Понимаешь, Габор, - начал обьяснять маг, - весь мир держится на балансе Добра и Зла. Сам посмотри, если где особо хорошо, то рано или поздно это кончается и взамен становится особо плохо, а если где плохо, то рано или поздно все улаживается и становится хорошо. Это только один из примеров, и это вокруг нас, от этого не деться. Всегда, если что-то хорошо, то что-то обязательно плохо, а если что-то плохо, то всегда можно найти и что-то, что идет хорошо. Это непрекращающееся раскачивание весов, с которым мы ничего не можем сделать, и на этих весах, как в лодке, все мы. Единственное, что мы можем сделать, это не раскачивать эти весы-лодку, чтобы не утонуть, и когда мы все-таки ее раскачиваем, то не имеет значения, направо или налево, к Злу или к Добру, это все равно в конечном итоге то же самое - раскачивание лодки.

- Погоди, а с чего ты взял, что ничего нельзя сделать? Разве так всегда было?

- Нет, не всегда, - согласился маг, - хотя о тех временах остались лишь смутные легенды. Почти все, и маги, и илиниты, все, согласны, что в начале была эпоха Добра, куда Злу было не пройти. Потом, она сменилась эпохой Зла, и по легендам именно тогда родились первые маги и колдуны, поскольку лишь они могли хоть как-то защитить себя и своих близких от царствовашей тогда тьмы. И с помощью магов - нас, магов, которые ныне заселяют Архипелаг, удалось покончить с эпохой Зла и придти к эпохе Баланса. Это наша эпоха, эпоха магов - хранителей Баланса, и это очень важно, сохранять баланс. Ведь в каком-то смысле баланс соблюдался всегда. В эпоху Добра Зло слишком долго подавлялось и держалось втуне, и что из этого вышло? Эпоха Зла. А в эпоху Зла наоборот подавлялось Добро, поэтому и она не оказалась вечной. В эпоху Баланса мы имеем шанс растянуть нынешнее положение дел надолго, без райских кущ на земле, но зато и без кошмара царствующей Тьмы...

- Погоди, погоди,... - перебил его гном, - А при чем тут Дастин и почему им из-за этого нужно искать его родителей?

- Ты не понимаешь, - вздохнул маг, - допустим Дастин принесет Песню в Мир и все станет замечательно, что потом? А потом весы качнутся в обратную сторону и как сначала придет доселе не виданное Добро, так за ним, как нитка за иголкой, придет невиданное доселе Зло.

- А вдруг Песня настолько сильна, что может это побороть.

- Никто не может это побороть, - грустно ответил маг, - не одно поколение моих предков убеждалось в этом раз за разом. Ни у кого это не выходило, как ни старались.

- Но ведь Песня создана еще до рождения Мира, может она способна на это? - Возразил гном.

Маг покачал головой и ответил:

- Пусть даже и так. Как же ты представляешь себе это всеобщее Добро? Ничто не совершает ничего неправильного, все делают что надо, никто не ворует, не грабит, не убивает, но никто и не ошибается, каждый делает ровно то, что правильно. Представляешь? Мы бы сейчас здесь не сидели, поскольку не нужно было бы кого-то догонять, что-то сообщать, что-то делать... Никто не властен над собой, потому что каждый может делать лишь то, что и так следует делать. Никто ничего не будет решать, все будут как заводные куклы, которые делают только то, что им положено. Ни шага вправо, ни шага влево,... Это же кошмар, ужас, это почище конца света будет, правда?

Гном покачал головой и спросил:

- Ну и что же из этого следует?

- Что Песню нельзя приносить в Мир. И в равной степени нельзя не приносить ее в Мир. А значит, нужно принести только часть ее, но правильно.

- И как же это сделать? Я уж не говорю о том, какое отношение это имеет к походу в Бренсаль?

- Прямое. Я же уже обьяснил тебе, мы и не знаем, как это делать. И Онтеро нужно время, чтобы разобраться, а поход в Бренсаль и поиски родителей Дастина явно никому не должны повредить...

Гном сморщился и подвел итог:

- То есть Онтеро не знает, что делать, и поэтому потащил их всех в этот поганый городок! Просто лучше не придумать! Уж проще было явиться  в Ирнар и сдаться этим серым... ты хоть знаешь, каким стал город, в который вы с Онтеро их всех отправили?...

*  *  *

Когда Йонаш вошел в хижину, где были заперты пленники, те понуро сидели на скудной мебели колдуна. Герцог уселся в единственном старом  и неуютном кресле, которое, пожалуй, одному ему во всей компании было по духу. Онтеро улегся на узкой кушетке. Тич с ногами забрался на стол и пытался что-то узресть сквозь узкое окошко, затянутое невесть чем, но ясно не стеклом, за которым маячила фигура сторожа. Ну а на долю Дастина вообще досталась подстилка, лежавшая на полу. Он мог бы воспользоаться одним из двух грубых табуретов, стоявших возле стола, но предпочел растянуться на полу, радуясь тому, что он деревянный, а не земляной. Все обернулись к вошедшему:

- Ну, и ты по-прежнему будешь утверждать, что ты - наш друг? - Спросил Ильмер хмуро.

- Да, буду, - спокойно ответил Йонаш.

- И держишь нас в плену? - Ядовито добавил Онтеро.

- Не совсем.

- Так мы можем уйти? - встрял Дастин, которого больше всего заботило, как бы вырваться из рук мрачных людей в серых плащах.

- Не сейчас, извини...

- Так чем же это отличается от плена? - Спросил Ильмер, возвращаясь к теме.

- И зачем мы вам вообще нужны? - Опять встрял Тич, не дожидаясь ответа на вопрос герцога.

- Это долго обьяснять. У вас хватит терпения выслушать? Это возможно главное, что мы должны сейчас сделать.

- Судя по всему у нас достаточно времени, - усмехнулся Онтеро, - эй, герцог, у тебя никто на прием не назначен в ближайшую пару дней?

Ильмер поморщился на такое обращение и просто сказал:

- Что ж, рассказывай. Онтеро верно говорит, все равно мы от вас сейчас никуда деться не можем, так что если хочешь что-то сказать - говори.

А Онтеро закончил:

- А мы уж, извини, сами решим, чему верить, чему - нет, мил человек. Сам понимаешь, обстановка не располагает.

Тогда Йонаш сел на один из табуретов, бросил взгляд на каждого слушателя, вздохнул и начал:

- Для меня все началось, когда я  шел по горной дороге в монастырь, вызванный туда по какому-то делу, которого я тогда еще и сам не знал. За поворотом лежала козочка, повредившая заднюю ногу...

*  *  *

- ... корабль высадил нас с отрядом серых и мы пошли в лес, к этой хижине, ожидать вас. А что дальше случилось, вы и сами знаете. Такие вот дела и такие вот у нас планы. Теперь - вам решать.

Йонаш рассказывал уже несколько часов, но все слушали его как зачарованные, попросив не прерываться даже когда пленникам принесли еду, Некоторое время все молчали, не зная, что и сказать.

- Да-а-а, -  протянул герцог, и после паузы добавил - а вам не кажется, что ваши планы на мою невесту...

Ильмер остановился, покачал головой и замолк, но тут встрял Тич:

- Да что ты Ильмер, зачем тебе она ТАКАЯ сдалась?

- И то верно, - согласился герцог.

- А почему мы должны тебе верить, серый? - сурово спросил Онтеро.

- Я вам все рассказал, ничего не скрыл, ничего не прибавил, теперь уж верить-не верить - дело ваше, - пожал плечами Йонаш.

Онтеро задумался и как будто остался доволен ответом, а затем спросил:

- Ты сказал, что подобрал ключ в хижине Аргвинара, почему? И можешь ли ты его показать мне?

- Просто мне показалось, что он чем-то важен, не знаю почему... - ответил Йонаш и, порывшись в кармане, извлек небольшой золотой ключ и протянул его Онтеро. Тот взял его дрожащими руками и стал внимательно рассматривать:

- Не знаю,... может быть... очень похоже... неужели...

Онтеро шлепнулся на пол, улегся на живот и заполз под кушетку. Некоторое время оттуда торчали только ноги толстяка, дергавшиеся в такт усилиям Онтеро, разгребавшего вещи скопившиеся там за невесть сколько времени, и сопровождавшего это занятие невнятным бормотанием, восклицаниями и проклятьями невесть кому и невесть с чего. В конце концов Онтер вытащил шкатулку, так старательно спрятанную вчера после безуспешных попыток ее открыть, и попробовал ключ. Шкатулка открылась. Колдун торжественно вытащил кусок старой рукописи, обернулся на Йонаша, но потом махнул рукой и сказал:

- Кто бы ты ни был, отвечу уж откровенностью на откровенность. Это фрагмент рукописи на старинном языке Архипелага, которая содержит описания тех же событий, что и ваши священные тексты - о Певце. Сейчас посмотрим, насколько этот тект согласен с твоими теориями, монах!

Йонаш пожал плечами, а Онтеро развернул кусок древнего пергамента и начал невнятно читать вслух:

- Так, "мужчина", это уже знакомо, "свет", а это "свойство", не, наверное, "часть",... "часть света"? Да нет, не "часть",... - Онтеро сморщился, бросил взгляд на Йонаша, и резко повернувшись к пергаменту продолжил, - ну, конечно, не "часть", "Брат", "Брат от Света и"... ага... "женщина", "свойство", стало быть "Брат от Света и Брат от Тьмы", "соитие", нет, чушь какая-то как всегда,... духи побрали бы этих древних магов, ничего по-человечески сказать не могли! Разумеется, не "соитие", символ совместности, "вместе", а дальше символ продолжительности, конечности и Мироздания....  Постой... как там тот демон у Бальмеро говорил? "Трое больше чем один"? - Онтеро изумленно поднял глаза и произнес, - "а Брат от Света и Брат от Тьмы будут стоять вместе пока стоит мир..." Так вот как кончается это пророчество в наших текстах! "Во дни затмения плоть восстанет на дух, но дух излечит плоть ради спасения души, хранящей Песню, которую они вместе вернут в Мир, а Брат от Света и Брат от Тьмы будут стоять вместе пока стоит мир..."

- Ну и?... - спросил Тич, так и не понявший, чего это колдун так разволновался.

- Брат от Света, - ответил Онтеро указав на Йонаша, - а тот, второй, Брат от Тьмы.

- "Брат"? - удивленно спросил герцог.

- Ну да, - раздраженно ответил колдун, - чего ж тут непонятного? Они же оба монахи!!!

Тут уже герцогу и Дастину пришла пора открывать рот от удивления. Герцог впрочем быстро спохватился и принял более достойный вид. До Дастина же только сейчас вдруг стало доходить, что происходящее с ним не просто какой-то непрекращающийся кошмар, а что-то большее. Что-то, что он даже не мог и представить. Нет, конечно, Онтеро уже не раз ему говорил об его особой роли и талантах, а когда они отчалили от острова так и вообще выложил все начистоту, да и чудеса эти все, понятное дело неспроста, но вот так, найти пергамент тысячелетней давности и прочитать о себе... По спине у Дастина забегали мурашки, он съежился и проговорил:

- Ой, Онтеро, что ж нам делать-то?...

- Ух, как здорово! - все обернулись на Тича, который с блестящими глазами и ртом до ушей нахально встрял в драматическую паузу, которая уже грозила затянуться, - Дастин, да ты и дейсвтительно  у-у-у! Ты это, того, сейчас с ними возьми да принеси Песню, во здорово будет, а?

- Уймись, Тич, - прервал его Онтеро, а затем обернулся в Йонашу и добавил, - А вообще-то мальчик сказал неглупую вещь...

- Во-во, - встрял было опять Тич, но тут же осекся под строгим взглядом колдуна, который продолжил:

- А и в самом деле, если вы втроем должны принести Песню в мир, так чего ждать-то? Зачем нам эта ваша жрица, которая только все испортить может?  Давай прямо сейчас и попробуем.

Йонаш подумал, согласно кивнул головой:

- Давайте попробуем.

Он постучал в дверь и серый стороживший хижину приоткрыл дверь.

- Нужен мастер, - произнес Йонаш и приложил ладонь к губам, давая знать, что лишь по большой нужде он нарушил приказ молчания, и сказал все, что было нужно.

Дверь закрылась и они стали ждать. Возникшее молчание опять нарушил Тич, который, похоже, воспринимал все как большую и захватывающую игру:

- Дастин, а Дастин, а как вы это делать будете?

- Хороший вопрос, - дверь раскрылась и в хижину вошел Йолан, который был недалеко и поэтому появился почти мгновенно, сразу же обратившись к Онтеро - как ты это предлагаешь делать, колдун?

Тот несколько растеряно оглянулся и понял, что у него нету хорошего ответа. Легко быть мудрым перед полуграмотными обывателями, произнося загадочные пророчества или еще что-нибудь в том же духе. Им и мелкий фокус за чудо сойдет, а в запасе у Онтеро были далеко не фокусы. К сожалению, в их число не входил ответ на данный, столь неприятный вопрос. И тут ему в голову пришло совсем другое. А что если получится? Как там Аргвинар говорил... "если Песню принесут в Мир"... "бесконечное нарушение баланса приведет к бесконечному наказанию"?  У толстяка похолодело в груди, что еще более спутало его мысли. И чтобы не ударить лицом в грязь, толстяк мысленно махнул рукой на грозное пророчество и предложил:

- Точно я и сам не знаю, но как понимаю, вы должны встать вместе, взяться за руки, а потом пусть Дастин поет...

Предложение прозвучало не очень убедительно, но с другой стороны было вполне логично. Что еще можно было сделать? Йонаш и Йолан встали по сторонам Дастина, взялись с ним за руки, и Дастин попытался запеть. Честно признаться, ему впервые пришлось петь в такой странной позе, он попробовал спеть ту же песню о маленькой тучке, которая однажды уже помогла ему приоткрыть завесу над тайной Первой Мелодии, но что-то явно не получалось. Попросту говоря, Дастин чувствовал себя изрядно по-дурацки, что сильно мешало сосредоточиться на пении. Прошла минута, другая, третья, и ничего не происходило. Наконец, песня закончилась и Йолан рассмеялся:

- Знаешь, колдун, я пожалуй рискну по-своему!...

- А почему ты думаешь, что с принцессой получится?

- Я могу это обьяснить, - ответил Йонаш, - Я не знаю, как точно дела обстояли, но давай я попробую рассказать, когда вам удавалось услышать мелодию, а потом я обьясню и остальное. Сначала это, наверное, произошло в тюрьме, откуда вы таким странным образом убежали, правильно?

Онтеро молча кивнул.

- Потом у вас должно было что-то вроде этого случиться, когда на вас разбойники и герцог напали на дороге в Леогонии и вы еще так наколдовали, чтобы спастись, верно?

- Нет, - возразил Онтеро, - в драке хватило моего умения.  А песню парень вспомнил потом уже, когда приходил в себя.

- Вот видишь, все-таки тогда, - заметил Йонаш, - не знаю сколько еще раз это происходило, но подозреваю, что когда вы сквозь лес пробирались, и от тех тварей защититься хотели, угадал?

Онтеро вновь кивнул головой.

- Видишь, Песня приходит на выручку Певцу лишь когда у него нет другого выхода или ему угрожает опасность, - продолжал Йонаш, и Онтеро, вспомнив чудо, спасшее их в океане, лишь вновь кивнул головой, продолжая слушать.

- А жрица - это очень серьезная опасность, - добавил уже Йолан, мрачно улыбаясь.

- Погодите, - вмешался Дастин, - а что за опасность-то, что она со мной попытается сделать-то?

Йолан фыркнул от смеха, но увидев что смешно только ему, ответил:

- Вот появится здесь - узнаешь. А хочешь, своего учителя спроси, - Йолан кивнул на Онтеро, - Может он тебя хоть чему дельному научит... - и заржав вовсю Йолан развернулся и вышел из хижины, с трудом произнеся сквозь смех, - "... что она со ним сделать попытается..." Не могу!...

Йонаш покачал головой, взглянул на герцога, лицо которого уже не в первый раз побледнело от гнева, потом на Онтеро, который задумчиво и смущенно тер лысину, и наконец повернувшись к Дастину сказал:

- Не обижайся на него, он просто давно уже не жил среди простых людей. Понимаешь, Дастин, ты ведь при дворце жил, так что если на тебя и не обращали внимание, то по крайней мере слыхать-то ты уж все равно должен был, что мужчина и женщина друг с другом делают наедине...

- Ты хочешь сказать, что я и... я... и... принцесса... - юноша ошалело смотрел на Йонаша и не мог закончить.

*  *  *

Невдалеке от выезда из Ирнара шайка разбойников подкарауливала добычу. Но день выдался неудачный. Все проезжавшие имели либо сильную охрану, либо были такими же разбойниками, как они сами, и потому в охране не нуждались. Незадолго до полудня удача, казалось было, улыбнулась шайке - из города медленно ехала карета, запряженная четверкой великолепных лошадей, а рядом, в качестве охраны, ехало всего трое человек в серых плащах. Оно, конечно, всем было известно, что с серыми лучше не связываться, но уж больно их мало, и больно привлекательна добыча... И банда залегла в кустах.

Однако события повернулись совсем не так, как ожидалось. Сначала карета, как и ожидалось, остановилась у поваленного дерева, и разбойники накинулись на охрану со всех сторон. Одного из серых даже удалось стащить с лошади и насадить на рогатину будто медведя, но тем временем двое других стали отбиваться с такой яростью, что бывшие деревенские драчуны и заводилы, сменившие плуг на большую дорогу, поостыли. А затем из окна кареты прямо в лежащее поперек дороги дерево ударила ни много, ни мало молния, и от середины ствола на дороге остались лишь головешки и кучки пепла, уже не удерживавших лошадей, которые сорвались с места и понесли. Чем это закончилось для пассажиров кареты так никто и не увидел, поскольку разбойники в этот момент уже улепетывали изо всех ног.

Двое серых подобрали своего товарища, устроили его в седле, и вскачь помчались за каретой. Дорога опустела и уже некому было увидеть, как на ней появился мощный отряд рыцарей, который неторопливо и уверенно проследовал вслед за каретой и серыми, не то преследуя их, не то просто следуя за ними...

*  *  *

Йолан с лейтенантом серых обходили посты вокруг лагеря. Вообще-то рутинная процедура не требовала вмешательства мастера, но Йолан имел свои причины поговорить с командиром отряда "избранных" наедине, а Егард приставил к нему именно избранных.

- Тебе никогда не казалось, что это несколько неправильно, когда человек твоих способностей и заслуг перед Орденом ведет не слишком роскошную жизнь?

- Я служу Ордену, - сдержанно ответил тот.

- Да, разумеется, но ведь, скажем, бароны и маркизы всякие тоже королю служат, и роскошь им отнюдь не мешает...

- Я не обсуждаю решения стоящих выше меня, мастер, вы ведь знаете.

- Похвально, весьма похвально. Но предположим один из вышестоящих предложил бы тебе и еще некоторым другим достойным членам нашего Ордена, проявившим себя верностью, исполнительностью, храбростью, то, о чем я упоминал. Дворянство, титулы, поместья, и все это за то, чтобы продолжать честно служить Ордену, как и до этого? Как думаешь, это было бы правильно.

Серый несколько растерялся от такого вопроса, но ответил:

- Если вышестоящие так решат, несомненно.

- А сам-то ты что думаешь? Положим ты был бы таким вышестоящим, ты бы счел нужным дать нашим людям это?

- Мне не положено думать, мастер. Но если Вы настаиваете, я слышал истории о войне в Гланте, и что мы получили? Опять прячемся как крысы... И многие наши люди сейчас спрашивают, а что мы получим от этой войны. Так что, если Вам интересно мое мнение, мастер, да, наши люди должны получить все это, они это заслужили, а магистр должен быть по меньшей мере королем. Ему это может и не нужно, но это было бы чрезвычайно полезно для всего Ордена и его членов. Леоногия не очень большая страна, даже с соседними госудаствами, но нам должно хватить.

Йолан улыбнулся и проникновенно произнес:

- Хорошо, лейтенант. Теперь, положим, тебе предложили дворянство и титул. Готов ли ты поддержать такого лидера в тех усилиях, которые нужны для претворения этого плана в жизнь?

Серый еще внимательнее взглянул на мастера и отвешивая каждое слово медленно произнес:

- Если вы спрашиваете поддержу ли я Вас против мастера Егарда в осуществлении ваших планов, то, да, я пойду за тобой, мастер.

Йолан рассмеялся:

- Ладно, нам еще предстоит немало обсудить позже, но если ты и дальше будешь столь же понятливым, и не забудешь быть полезным, сможешь рассчитывать на титул герцога. Кстати, а как ты понял, что придется идти против Егарда?

- Видите ли, мастер, он ведь приказал приглядывать за вами в его отсутствие...