Copyright © Эл Ибнейзер, Алексей Колпиков, 1995-2000. All rights reserved.Роман доступен онлайн на сайте http://www.eldar.com . Вы можете читать его, однако любая публикация, включая электронную (веб, CD, BBS) запрещены.--------------------------------------------------------------------------

Эл Ибнейзер                Алексей Колпиков
Дар Менестреля

 

 

Глава 7.

В сердце Белых гор к серой скале, скрывающей монастырь илинитов, приближался израненый рослый путник в старом заляпанном плаще, из-под которого торчали не менее грязные и потертые сапоги... Солнце клонилось к закату и человек кутался в плащ и как мог торопливо шагал по горной тропе, приближаясь отвесной скале, с которой свисали веревочные лестницы. Стоявший возле одной из них монах в черном плаще с капюшоном пошел навстречу путнику и встретив его на тропе сказал:

- Здесь ждут Вас. Меня послали проводником.

Путник странно взглянул изподлобья и спросил:

- Как меня могут здесь ждать, когда не знают, кто я?

- Мы знаем, кто Вы, Корджерсин-из-Меретарка.

- Вот как... И куда же меня приглашают?

- Сначала мы поможем Вам залечить раны и снять последствия неосторожных заклятий, которые видны вокруг Вас. А затем с Вами хотел бы поговорить Его Святейшество.

- Что ж, идем. В конце концов я и шел сюда подлечиться, и может быть...

Оба подошли к веревочной лестнице, по которой Корджер с помощью монаха поднялся на уступ, за которым открывался проход внутрь.

*  *  *

Пестрый отряд из Дастина, Онтеро, Ильмера и Тича потихоньку добрался до пристаней на южной оконечности города. Там они воспользовались советом старого Бальнеро, который хотя и освободился от злобного духа, захватившего его в плен, отнюдь не забыл, где можно достать лодку, чтобы тайно переправиться на другой берег. Добравшись до кривоватого мостика, под которым был спрятан плот, друзья слезли с повозки и огляделись. Вокруг не было ничего подозрительного, обычный гам пристаней торгового города, имевшего удачу оказаться возле реки, по которой ежедневно сплавлялось множество товаров.

Дастин с Ильмером осторожно полезли под мост, где была спрятана лодка, на которой они собирались переправиться через реку, а Онтеро и Тич остались караулить сверху. В темноте под мостом мало что можно было разглядеть, но Дастин каким-то шестым чувством заметил блестящий клинок и отпрыгнул за минуту до того, как холодная сталь взвилась и ударила в то место, где он должен был только что оказаться.  Герцог среагировал мгновенно и нападавший тут же свалился в реку, но навстречу выскочило еще двое. Первый набросился на Ильмера, но нагнулся и швырнул его на землю. Дастину досталось хуже, его противник оказался ловчее, а может сказалось отсутствие боевой выучки, но кинжал чуть задел левое плечо, и если бы не подоспевший герцог, мог бы попасть и пониже... Получив передышку оба бросились наверх, вскочили в повозку, а Онтеро, уже понявший, что внизу творится что-то не то, тут же хлестнул коня, и пыль взметнулась за друзьями, отправившимися по северо-западной дороге. Через минуту на дорогу выскочили несколько человек в мокрых серых плащах с капюшонами, но все что они могли сделать - это в бессильной ярости проводить глазами клубы пыли, оседающие за ближайшим поворотом. Один из них вскочил на привязанную невдалеке лошадь и ускакал в противоположном направлении, а остальные закутались в свои плащи и быстрым шагом отправлись по следам телеги.

Уже выехав из города Дастин спросил:

- Так что делать-то теперь будем?

- Что, что! - Проворчал недовольный Онтеро, - В Ирнар, а оттуда на Эст-Арви, к Аргвинару...

- Ты ж хотел в Теренсию? - Встрял Тич.

- Мало ли что хотел, сами что ль не видите - не пустят нас туда. За нами погоня, пока мы найдем место для переправы, нас догонят. Так что все, что нам остается - это как можно быстрее двигаться в Ирнар.

Ильмер задумчиво покачал головой. Казалось, герцог Хоркнарский, несмотря на свое происхождение, принял это негласное руководство старого волшебника. Но временами он, как и все остальные, затруднялся даже себе объснить, что же им руководило и почему он согласился с авторитетом этого лысоватого старого толстяка.

*  *  *

В большой комнате в глубоком подземелье заброшенной башни, возвышавшейся почти на самом берегу Иглинга невдалеке от причалов Ирнара, сидело двое далеко немолодых людей в плащах c капюшонами. Рослого и лысого неопытный наблюдатель мог бы принять за монаха илинита, по его черному плащу и аскетическому лицу в окружении благородной седины на висках.  Второй не походил на монахов ни бордовым цветом своего плаща, ни жестоким, злобным лицом, ни таким же голосом:

- Говорю же тебе, они если не здесь, то скоро здесь будут. Мы их спугнули в Кельде от южного направления, и они пустились вниз по реке.

- Как ты был, Егард, бестолочью еще в Гланте, так и остался. Ничего тебе поручить нельзя! Столько попыток и никакого результата... - голос лысого также не отличался добротой, и если бы не сквозящее в каждом слове раздражение, был бы жестким и холодным.

- Не я один, между прочим, - огрызнулся Егард, - С Кельда твой любимчик их тоже догнал.  И тоже без толку. Только с бабами и умеет обращаться.

- Зато он с монахом справился. А насчет баб... Чего?

- Да он с собой ту шлюху из Джемпира потащил, которая у нас в связных со Жрицей была.

- А-а-а, ну, пусть мальчик развлекается. Ты ему кажется завидуешь?

- Ты же меня знаешь!

- Вот именно, знаю. Ты все это время не бабой, а убийствами развлекался, тебе кто хоть слово сказал?

- Вроде бы наш орден не считает это грехом? - язвительно усмехнулся бордовый.

- Не считает, верно. Ни то, ни другое. Только не думай, что я твои развлечения за дело приму, ты за ними, между прочим, упустил менестреля. А он ведь на тебе был. Так что это ты, а не Йолан, не справился. И если уж о вкусах судить, то у него он куда разумнее.

- Это чем же?

- Тем, что мы не придурки с архипелага, и не развращенные вельможи, и не сдуревшая чернь. Убийство не цель, а средство. Если в каком-нибудь портовом городе под нашим присмотром жертвоприношения устраивают, так для этого быдла большее и недоступно. Пусть и дальше этим занимаются. А нам в игрушки играть нечего, дело делать надо. Убийством мы приобретаем одного человека - убийцу, и теряем другого - убитого. Потеря, конечно, невелика, но толку тоже немного. Мы в одном публичном доме за день соберем больше душ, чем убийством за год. Так что, не чванься трупами. Лучше сделай дело, и играйся сколько влезет, коль охота. Вон у Йолана за это время - один труп, зато тот, который нужно.

- Ну, это еще вопрос, - усмехнулся Егард.

- В смысле?

- Йолан таскает за собой какого-то серого, как две капли воды, похожего на того монаха. Так что... а был ли тот, который нужно, Вейерг?

Лысый задумался, подперев щеку рукой, и казалось перестал замечать все вокруг. После некоторой паузы Егард окликнул его:

- Вейерг! Ты, понял? Предал нас похоже твой любимчик!

- Уймись, дурак! Ты сам не представляешь, как это было бы хорошо для нас! Так говоришь, как две капли?

- Точь в точь. И ни с кем не говорит. Да и я его никогда до этого не видал. А чем это хорошо-то?

Вейерг вздохнул, посмотрел на собеседника, как смотрят только на стариков или детей, задающих глупые вопросы, и ответил:

- В монахе тоже та сила изначальная есть. Но пока он у илинитов был, нам его не заполучить было, поэтому и выход был один - убить. Если не наше, так пусть совсем исчезнет, а то слишком опасно. А теперь он с Йоланом идет и нашего изображает! И если его поставить в положение, когда ему придется убить, или предать, или... Пусть он к нам и не примкнет, но какой-то кусочек изначальной мелодии исказится. А значит и опасности для нас в нем не будет. А там, кто знает...  Нет, мальчик оказался выше всяческих похвал! Привести к нам живьем! Да я об этом и не мечтал! Только бы это было так...

- А то что Йолан к белым переметнулся тебя не волнует? - издевательски спросил Егард.

- Дурак ты, он же всеми благами Ордена пользуется. Зря я его что ли учил? Да и какой он белый, коль с этой девкой спит? С ведьмой между прочим.

- А если он на ней по всем правилам женится?

Вновь последовал усталый вздох, как бы говорящий "Что за идиот!", и лысый ответил:

- Тем лучше, Егард, тем лучше. Что ведьму потеряем, так черт с ней. Я любую шлюху в порту за две недели всему тому же научу. А он тогда ради нее и убьет, и предаст, и что угодно сделает. Или ее предаст, что то же самое. Так что, наш он, наш, никуда не денется.

- А если он на твое место метит?

- Конечно, метит. Ты что ли не метишь? Я ж говорю, толковый мальчик.

*  *  *

- Проклятая пыль! - закашлялся Онтеро, - Даром, что река рядом, а все равно дышать нечем!

- Потерпи, - дружески попытался поддержать его Дастин, - В конце концов, пыль - не самое страшное на свете. Вон из каких передряг уже выпутались, что же от пыли страдать будем?

- И то верно, но все-таки это тяжеловато...

- Ладно, держитесь, - заметил Ильмер, уже вернувший свою горделивую осанку, и восседавший на неизвестно откуда приблудившемся коне, которого путешественники сочли возможным присвоить. В конце концов, совсем рядом догорала деревня, и очевидно, конь был оттуда. Так что своим хозяевам он, видимо, уже был не нужен. Так чего скотине зря пропадать? Горящая деревня была дурным знаком. Уже много лет король Леогонии не допускал такого в своем королевстве, так что либо государство настолько ослабело, что не могло сдержать бандитов, либо вместо короля оказался кто-то другой.

- Веселей! - продолжил Ильмер, - Нам лишь бы до Ирнара добраться, а там уж корабль найдем.

- Да, уж, а как быть со портовой стражей? - Пробурчал себе под нос Дастин, тоже удрученный жарким солнцем и дорожной пылью.

- Со стражей справимся, зря я что-ли родился герцогом?

- Да уж, - хихикнул Тич, - Однажды я это уже слышал!

- Уймись, мальчик, - осадил его Ильмер, - Однажды ты здорово помог мне, но ты еще не понимаешь, что значит быть дворянином. Придет время, и тебе придется понять это. Во всяком случае, если мы успешно выберемся из этой истории. Тогда ты вспомнишь эти свои слова и решишь сам - прав я был или нет. А пока помолчи.

- Да ладно, действительно, - поддержал герцога Онтеро, - Успокойся Тич, не так же они могущественны, чтобы везде своих людей иметь.

- Как знать... - задумчиво пробормотал Дастин.

*  *  *

 Перевязанный тайными травами, уже не хромающий и полный новых сил Корджер вошел в келью, служившую рабочим кабинетом Его Святейшества. Предупрежденный о визите петрарх вышел ему навстречу из-за стола и приветствовал его первым:

- Мы рады видеть Вас у себя.

- Не могу сказать того же о себе, - ответил Корджер, - В свое время я не слишком потворствовал вашему ордену. Как Вы знаете, я всегда старался не стоять ни на стороне света, ни на стороне тьмы...

- Зато Вы всегда стояли на стороне людей. И этого вполне достаточно.

- Ой, ли? Ваш бог как-то не очень ласков с людьми...

- Он требует этого от нас. А значит, кто и не по завету даже, а лишь по зову сердца радеет о людях, тот тоже благ перед Ним.

- Ну, что ж, в любом случае я делал это не ради него. И ваш орден мне всегда казался может и терпимым, но чересчур резким в суждениях. К тому же, когда пришла пора, сражаться пришлось обычным людям, мне, даже волшебникам, а где тогда были вы?

- Мы были с вами, просто вы об этом не знали. У нас до сих пор хранят память о тех, кто не вернулся с полей Гланта, и поют баллады о короле, идущем в тени...

- В тени? - переспросил Корджер, удивленно передернув плечом.

Петрарх подошел к двери в соседнюю келью и попросил:

- Позовите, пожалуйста, Шолто. Я хочу, чтобы он спел для гостя.

Затем он развернулся снова лицом к Корджеру и продолжил:

- Да, в тени. Вы же не хотели быть ни на стороне Света, ни на стороне Тьмы. А там где нет ни того, ни другого, там - тень. Серая тень.

- Что ж, пусть так. Мне не важно ни то, ни другое. Я просто хочу, чтобы людям жилось лучше.

- Потому с Вами те, кто на стороне Света, а против Вас те, кто на стороне Тьмы...

- Но почему я не знал о ваших людях у себя?

- А зачем? Мы помогали Вам не для выгод, и кто знает, доверяли ли бы Вы этим людям, если бы считали их илинитами? Они помогали Вам в правом деле - это было главное. А вот и певец, - в дверь вошел молодой монах в черном плаще с лютней, - Если он покинет нас со временем, его будут рады принять при любом из высоких дворов Запада. Спой нам, Шолто, о Короле-в-Тени.

Монах слегка поклонился и запел мелодичным, хорошо поставленным голосом. Его интонации переливались и отражали то грусть, то гордость, то отчаяние, то сомнение, и слова эти вызвали бурю воспоминаний и чувств в груди бывшего короля...

Король Корджерсин-нор-Меретарк Правил счастливой страной, Глантом звалась она в те времена, И был король молодой...

Он страха не ведал, не ведал лжи, И верил, что это так, И он сторонился, и Света, и Тьмы, И думал что это - пустяк.

И править страною старался так, Прогоняя и ночь, и день, И тогда он сам не заметил как Над страною нависла Тень.

И вот человек, предавший Свет, В ту страну приходит из Тьмы. Ведь открытого солнца здесь больше нет, Ну а тени ему не страшны...

И вот он пришел и делает зло, И тьму на плечах несет, И нужно чтоб кто-то творил добро, И страну только Свет спасет.

Но король Корджерсин-нор-Меретарк, Сторонится и Света, и Тьмы, И люди бы рады, да только никак Не спастись уже от беды...

И в тени творятся злые дела, И пожар освещает погром, И ужасная участь уже решена, И уже не спасти свой дом.

И счастливой страны король-из-тени Понимая, что выбора нет, Что ведут в никуда иные пути, Наконец, выбирает Свет.

Хоть лучше поздно, чем никогда, Только Тень призывает Тьму, И новой силой полна она, И уже не спасти страну.

Король Корджерсин-нор-Меретарк Правил счастливой страной, Король-из-тени, полюбуйся как Отразился в ней выбор твой.

Ты думал, что можешь все сохранить, Удаляя и ночь, и день, Но только как же ты мог забыть, Что без света приходит тень.

И не так уж просты ни тень, ни мгла, И другого выхода нет, Ведь всегда и всюду приходит Тьма, Там, откуда уходит Свет.

Король Корджерсин-нор-Меретарк Правил счастливой страной. Король-из-тени, как случилось так, Что она покрылась золой?

Монах смолк, поклонился, и по знаку петрарха вышел. Корджер сидел бледный, со сжатыми губами и застывшим взором. Наконец, он развернулся к собеседнику и жестким, деревянным голосом сказал:

- И зачем Вы мне об этом напоминаете?

- Вновь приходит время героев, и решение каждого может повлиять на мир. Вам вновь придется выбрать, и мы предлагаем вновь быть вместе. Но только не тогда, когда уже будет поздно, а прямо сейчас.

- Если Вы думаете, что начну выполнять ваши поручения...

- Нет, я думаю, что узнав правду, Вы сами захотите помочь правому делу.

- Я слушаю.

- Может сначала сообщите, что случилось с Вами?

- Почему я должен вам верить?

- Потому что однажды, Вы уже нам не поверили...

- Хорошо, я расскажу, вреда от этого в любом случае не будет. Я был на юго-западе отсюда, и там произошло то, что грозит этому миру многими бедами. Вы только что пели про человека из Тьмы. Так вот, у него недавно родился сын.

- Откуда Вы об этом узнали?

- К сожалению, я принимал роды.

- И были какие-нибудь признаки? Он чем-то отличался от нормального ребенка?

- Много чем. Нормальный ребенок не бьется в судорогах от заклинания защиты от Тьмы. Нормальный ребенок не смотрит понимающими злыми глазами. При рождении нормального ребенка на животе матери не проступает кровавыми рунами имя отца. Наконец, за нормальным ребенком не приходит стая оборотней, чтобы вырвать его из рук семьи живым. Я уж не говорю, что рождение этого нормального ребенка стоило жизни не только матери, но и почти всей ее семье...

- И где он сейчас?

- Не знаю. Оборотни унесли его с собой, а я когда очнулся и снял защитную сферу, оказался в полуразрушенном доме среди трупов. Вероятно, сейчас уже практически невозможно найти его.

- Что ж, братья будут стараться найти его, и если найдут, Вам обязательно скажут. А у меня тоже есть о ком рассказать.

- О чем же?

- О плодах. Было время, Вы прошли по этим землям, преследуя своего врага. Но Вы трижды роняли семя на благодатную почву, и оно трижды дало всходы. Пришло время плодов...

*  *  *

В дальнем углу трактира сидел Онтеро и пытался сосредоточиться на хитром заклинании, которое он собирался подготовить на всякий случай. Но ничего не получалось. Дастин с Тичем ушли на базар продавать новообретенную недвижимость путешественников - коня, повозку, а Ильмер отправился в порт, чтобы присмотреть подоходящий корабль, а при случае и договориться с капитаном.

Онтеро вхдохнул и попытался вглядеться в паутинку заклинания, висевшую у него на пальцах, как неумело сотканная "кошачья колыбелька".  Незримо светящиеся нити перепутались и явно не желали складываться в необоходимый волшебнику узор. Такое ощущение, будто ветер с моря постоянно сдувал их в сторону... Ветер с моря? Онтеро вздрогнул. Энергетические нити не были чувствительны к ветру, но что-то действительно гнало их от моря.  Это не могло быть случайностью. Онтеро прислушался и почувствовал, что где-то невдалеке, может через пару кварталов, находится другой волшебник, причем волшебник очень сильный.

Толстяк настороженно прислушивался к своим ощущениям и вдруг понял, что тот, неизвестный, тоже почувствовал его.  Прошла минута, другая, третья... Онтеро и неизвестный прислушивались друг к другу, пытаясь прикинуть силу друг друга и, одновременно, не выдать размеры своей собственной силы. Но где уж скрыть ее было незнакомцу, присутствие которого энергетические нити чувствовали на таком расстоянии. Онтеро усмехнулся, эта задачка была решена, вот только кто это и чего от него ждать? И тут на него обрушился такой удар, который мгновенно сделал бы простого человека рабом или убил бы его на месте. Уже много лет не приходилось старому волшебнику принимать участие в подобных поединках, но старый опыт взял свое, и удар, скользнув по покровам сознания, ушел в сторону. Повторный удар не заставил себя ждать, но Онтеро, уже готовый к этому, закрылся от него, оставив лишь маленькую щелочку, через которую не могло пройти достаточно много энергии, чтобы сломить его. Менее опытный волшебник, наверное, закрылся бы полностью, и сидел бы в такой "раковине", пока не поверил бы, что опасность миновала, но толстяк имел давний навык в подобной борьбе. И сейчас это окошко позволяло ему проследить за противником и выбрать момент для ответного удара. И когда этот момент настал, волшебник собрал в кулак все свои силы и ударил ими неизвестного противника. Он не стремился подчинить противника, для этого было слишком смало сил и слишком мало времени для подготовки. Он бил так, чтобы поразить неизвестного врага, и сквозь струю изливающейся энергии почувствовал боль и ярость соперника, который тут же отступил и вдруг неожиданно исчез, оставив Онтеро ломать голову над произошедшим и ожидать новой атаки.

Для смертельного удара, как и для подчинения, у Онтеро было недостаточно сил, да и чревато использовать энергию, чтобы убивать кого-бы то ни было. Значит, враг умел маскироваться не хуже, чем сам Онтеро, а это было искусство, известное немногим, очень и очень немногим... В воздухе остался  какой-то неуловимый запах неизвестного врага, который тоже напоминал  старому волшебнику что-то до боли знакомое, но что? Перед глазамии  вставали старые, давно забытые картины жуткого поля боя, усыпанного  мертвыми и ранеными, боевыми животными и оружием, и шатер под черно-серым  флагом, стоящий на краю этого поля. И еще, маленькую группу рыцарей и  пехотинцев, чудом оставшихся в живых и спешно пробирающихся под  спасительную тень леса... Он тогда был среди этих людей, и враг, только  что разгромивший древнюю империю, теперь искал его, и над полем витал тот  же незримый для непосвященных запах этого колдуна. Онтеро вспомнил.

Когда Дастин с Тичем вернулись уже без движимого имущества, зато с  приличной суммой денег, Ильмер уже сидел рядом с волшебником и помогал ему  оправиться после перенесенной схватки. Онтеро грустно улыбнулся друзьям и  начал:

- Герцог...

- Ильмер, - перебил его тот, - Сейчас нам не до титулов. И если придется  туго, я не хочу соображать, ко мне вы обращаетесь или нет. Сейчас надо  верить друг другу и иметь короткие имена под рукой... В схватке можете  обращаться ко мне просто Иль.

- Ильмер, - улыбнулся снова Онтеро, и продолжил, - нашел корабль  отплывающий через полтора часа. Нужно торопиться в порт, мы отплываем.

- Зачем же такая спешка? - поинтересовался Дастин, - Разве мы не хотели  чуть отдохнуть в безопасности?

- Безопасности! - Еще грустнее усмехнулся толстяк, но теперь в его голосе  было больше жизни и прежней бодрости, - Да, мы выбрали самое гиблое  место, которое могли найти во всем Вильдаре! Слыхал о том, кто разрушил  древний Глант? И волшебник внимательно посмотрел на менестреля, а когда  тот кивнул, резким выдохом закончил:

- Так вот, он - здесь.

*  *  *

Из порта Ирнара выходил корабль. Эта было небольшое однопалубное судно с  косым парусом на невысокой мачте. Возле нее стояло четыре человека и  напряженно вглядывались в удаляющиеся постройки порта. А в тени старой  башни у самых причалов стоял человек в черном плаще с капюшоном и свежим  ожогом поперек лица. Он провожал взглядом это судно, и если бы ненависть  могла бы хоть что-то согреть, то вода вокруг корабля должна была бы  кипеть...